Лови Книгу .ру

Огромная коллекция книг в открытом доступе

Петровская набережная

краснел, а тому только того и было нужно.

— Ну ничего, ничего, — говорил Броневский, — ты, главное, старайся выпрямиться, а уж мы тебе с начальником строевого отдела и Эллой Владимировной поможем.

Но вспомнив начальника строевого отдела и назвав жену по имени-отчеству, Семен Семенович опять приходил в дурное расположение духа. Потому что начальник строевого отдела никак не хотел признать равноправия танцев и строевой подготовки, а Элла Владимировна с начальником строевого отдела была, по-видимому, согласна, иначе почему она при встрече с этим капитаном второго ранга все время неудержимо улыбалась?

Нет, Семен Семенович совсем не был злым, он просто был как большая муха, постоянно жужжащая над Митей и его друзьями. Но только так, наверное, и можно было их научить танцам. И Семен Семенович их своему предмету научил. Это не сумел сделать преподаватель музыки, замкнутый человек с умным лицом, который как-то быстро и доказательно, применив слово «поголовье», дал понять учебному отделу, что углубленные занятия музыкой со всеми сразу не только бессмысленны, но даже вредны, ибо отбивают охоту даже у одаренных. Не сумел их ничему научить и преподаватель рисования — старичок в морском кителе, которого они, вообще-то говоря, из-за его возраста просто не заметили. А Семен Семенович научил, поразив их сразу никелированным рупором, невиданного изыска галстуком-бабочкой, постоянной готовностью к нападению на кого угодно, лаковыми почти циркового покроя штиблетами, стройной молодой женой. Семен Семенович вцепился в своих учеников намертво. И если кто-нибудь из них и задавал себе вопрос: «А на кой мне, извините, этот миньон?», то вопрос этот сразу улетал куда-то назад, как бумажка из окна несущегося поезда, — словно станции на железной дороге, следующие одна за другой, одна за другой шли контрольные по танцам. На контрольных ставили оценки.