Лови Книгу .ру

Огромная коллекция книг в открытом доступе

Петровская набережная

белокурая и смешливая. Все трое были гладко зачесаны. Хохотушка заставляла Митину девочку все время на себя взглядывать. Обе прищуривались и обозначали какие-то балетные позиции. После этого их неудержимо тянуло смеяться.

— «Жизель» и «Щелкунчик» были бы невозможны, — услышал Митя. Оказывается, это произносил, обращаясь к их толпе, Броневский. — «Жизель» и «Щелкунчик» были бы невозможны, если бы глубоко в сознании развитого культурного человека не сложились уже не только азбука мимики и пантомимы, но грамматика и даже синтаксис балетной пластики…

— Нелидов, сечешь, про что это он? — спросил Вовка Тышкевич и посмотрел на Митю в упор своими совершенно круглыми, никогда не улыбающимися глазами. — Я чего-то не секу.

— Угрожающий взмах руки понятен и дикарю, — продолжал Броневский, — но лишь века культуры могли породить «Лебединое озеро». Минуя слова, балет дает нам мгновенное ощущение наступившей весны, приближения грозы, открывшегося перед нами моря…

— Он что, спрашивать потом будет? — раздраженно предположил Тышкевич. — Чего отвечать-то?

Две девочки играли перед Митей весну, приближение грозы, открывшееся за поворотом дороги море…

«Ты что же, не узнаешь меня? — мысленно спрашивал Митя. — Помнишь, ты шла по берегу? А я смотрел на тебя сверху…»

В Мите бухало сердце. Девочка несколько раз скользнула по нему глазами. Уже давно играл оркестр, несколько самых смелых пар уже танцевали. Танцующих становилось все больше, вот Коля Ларионов пригласил смуглую девочку с медлительными глазами, она улыбнулась и присела. Митина девочка с усмешкой проводила подругу