Лови Книгу .ру

Огромная коллекция книг в открытом доступе

Петровская набережная

огонька втянулось поглубже, и двумя руками отпихнул от себя снаряд. Тот бултыхнулся в воду. Оглядываясь, Костя трусцой прибежал к Мите и упал рядом с ним. Несколько секунд они лежали молча, напряженно наблюдая. Из воды всплывали мелкие редкие пузырьки.

— Наверно, шнур отсырел… — прошептал Костя.

— Да и так бы не взорвался.

— Ну да! Ты бы видел…

— А ты видел?

— Я-то?

Опасаться больше было нечего. Митя привстал на колени.

Белый столб встал из омута как будто бесшумно, но земля подпрыгнула, и в воздухе что-то страшно сломалось. Митю толкнуло в грудь, а края омута уже лезли на берега, и по быстринам в обе стороны понеслась метровая волна, брызгающая пеной при встрече с камнями.

Взрыв в деревне, наверно, слышали, но в тот день в Зарицах остались лишь старики да ребятишки, а все взрослые отправились с утра на сенокос, и потому Костю с Митей никто не уличил.

Сенокос был километров за двадцать, ходить обратно домой каждый день было далеко, и баба Полина всю неделю оставалась там. Митя с Костей один раз, когда туда ездила колхозная машина, навестили ее и привезли ей жареной рыбы.

Баба Полина спросила, откуда такая крупная, и Костя сказал, что попалась в бредень.