Лови Книгу .ру

Огромная коллекция книг в открытом доступе

Петровская набережная

— Что ж вы самую крупную мне привезли? — сказала баба Полина и улыбнулась, а они — редкий случай — не обрадовались ее улыбке.

Когда она вернулась с сенокоса, то почти всю рыбу уже или съели, или, что можно было, няня Фрося покоптила. Одним словом, баба Полина их гигантского улова сама не увидела, а ни няня Фрося, ни Митина бабушка, когда ребята стали носить с речки рыбу, ничего как следует даже не поняли. Перед ними на стол можно было бомбу положить, сказать, что это паровой котел, и они поверили бы. Старенькие были уже. А они — Костя и Митя — рыбу принесли не в один день, а носили дня три, притом еще пустились на всякие хитрости, — одним словом, вели себя так, что у Мити за ушами краснело, когда он потом вспоминал.

Но теперь, если Митя выходил на косогор, его одолевали одни и те же мысли. Вся долина Сужи открывалась внизу — все извивы были отсюда видны, все заводи, и, как прежде, безлюдна была речка, да только мерещилось Мите: новое это какое-то безлюдье теперь.

«Это что же мы сделали? — думал он. — Мы что… всех? Все, что было живого в этом омуте… убили? Всех больших, всех средних и всех… этих? Тех, что как маленькие веселые запятые носились по верху омута, теребили еще недавно мою леску, хватали радостно за грузило, за червячка, от которого еще ничего и оторвать не умели… Тех, которые еще только через несколько лет должны были стать рыбинами… И мы их всех одним разом. За что?»

Вниз по речке вот уже который день несло дохлую рыбу. «Но не может же быть, — думал Митя, — что в том омуте больше совсем нет рыбы. Ведь хоть что-то там да осталось…»

Надо было просто прийти туда на рассвете, посмотреть. Надо было убедиться, что это не так. И на следующий день Митя на рассвете в одиночку отправился к омуту. Он и удочку взял с собой: