Лови Книгу .ру

Огромная коллекция книг в открытом доступе

Петровская набережная

длинная сторожевая цепь. Митя увидел сразу несколько человек. «Враги» шли, осматривая кусты, канавы, папоротник. От человека до человека в цепи было метров десять, не больше.

Бежать было поздно. Даже влезть поглубже в куст Митя уже не мог: стояло безветрие и шевеление куста сразу бы его выдало, колонна по дороге двигалась совсем рядом.

Дозорная цепь приближалась.

Что мог сделать Митя?

Броситься к лесу? Но по бегу, как и по остальным видам спорта, Митя ходил в середнячках. Кое-кто во взводе бегал хуже Мити, но кое-кто и намного быстрее… Мимо Мити двигалась целая рота, которая сразу же за ним понесется. Рота при этом была старшей. Догонят.

Нет, не дано ему было тут совершить никакого геройства. Была лишь одна, еле тлевшая надежда, что каким-то чудом его не заметят, хотя сам он, если бы его послали вот так шарить около дороги, разве прошел бы мимо? Не то что Митя, а останься на его месте одна его консервная банка — и та была бы найдена… Митя глубже подмял под себя предательски-белую бескозырку, вжал голову, скорчился в комок. Сквозь шаги по дороге он все яснее слышал треск сучьев и шелест папоротника под ногами сторожевых. Для большей маскировки Митя спрятал в согнутые руки лицо, и, наверно, потому, что он уже не видел подходивших к нему, ужас, который он сейчас испытывал, из «игрового», ненастоящего, каким и должен бы он был быть — не война все-таки, в войну лишь играли, — перешел в ужас самый что ни на есть истинный. Мгновенно сырой стала тельняшка, и страшно, гулко стало бить в виски. Митя погибал, и погибал глупо, бессмысленно, ничего не успев сделать… «Чудо!» — взмолился Митя.